Олимпиадное

Вот в моё время, - в бронзовом веке, - интернета ещё не было, а олимпийские народные игры - были. К примеру, на Троянскую войну некоторые цари предусмотрительно привезли с собой спортсменов. Это были хорошо кормленные борцы, на войну они не ходили драться, сидели в кущах, тренировались и отдыхали. Вдруг игра, а он уставший?
Когда внезапно наступала олимпиада - например, похороны Патрокла, - цари бегали и боролись сами лично, а некоторые цари, которые смогли вырастить, довезти до Трои и содержать спортсмена, - боролись и бегали спортсменами.
И стало так: спортсмены суть дорогостоящее оружие, с волей и разумом. Кто способен содержать и главное у д е р ж а т ь такой меч, тот и хозяин.
И поэтому не стоит переживать из-за белого флага и Чайковского. Это не капитуляция, дорогие мои гражданы и миленькие старушки. Ибо наш условный меч никто в свои руки не взял, а наше оружие имеет волю и разум, - помним, - и оно не отказалось воевать, оно всё ещё нам служит, нам. А оружие нужно точить, и точим мы сейчас своё оружие публично. Враг видит, как рубят наши мечи - да, рубят бумагу, не врага, - но рубят. Условно говоря, мы всё ещё аристократы с оружием в ножнах. Не в руках, в ножнах, но и не безоружные.
А вот американский меч о т к а з а л с я служить хозяину. Публично. И Америка осталась без меча совсем. Безоружный - значит побеждённый. Это именно что-то новенькое.
У двоих хозяев мечи в руках выпали на этой олимпиаде. И я думаю, причина простая - от сытости гибнет абсолютно всё: и капитализм, и патриотизм. Только коммунизм бессмертен ибо он есть царство Сытости Абсолютной. А капитализм с патриотизмом от сытости падают первыми. Только падают они не на улицах городов, а в головах и сердцах. Вот и дожились мы, что спортсмен в шатре у Агамемнона вдруг встал в полный рост и дулю скрутил в лицо царю. Мол, я себе Брисеиду хотел, а мне не дали! Не буду за тебя на играх бороться! Могло такое быть? Нет. При Агамемноне-завоевателе такой вот драматики не было.